Юмористическое восприятие европейцев и иммигрантов в двух эссе Дж.Кларксона

Для анализа особенностей национального юмора в творчестве Дж. Кларксона были взяты два эссе – «Sea Duel with the Fastest Migrants in the West» и «Wilkommen and Achtung, This is Austrian Hospitality». В этих эссе прослеживается яркий контраст между группами иммигрантов и европейцами, представленными как неоднородное сообщество.

Объектами юмора в первом эссе “Sea Duel with the Fastest Migrants in the West” являются британцы, французы, итальянцы, албанцы, курды и в целом иммигранты (без определения национальности). Британцы относятся к ингруппе. Западные европейцы относятся к аутгруппе, которая близка британцам и самому автору по менталитету. Восточные европейцы также находятся в аутгруппе, но между ними и британцами больше различий. И четвертая, самая «непонятная» и чужая группа для автора, это иммигранты. В основном это люди с Ближнего Востока. Данная группа не только чужая, как было упомянуто выше, но и опасная, агрессивная, т.к. иммигранты в отличие от других групп пытаются оккупировать Британию.

Рассмотрим, как такое деление сказывается на юморе Дж. Кларксона. Авторефлективный юмор, юмор о себе, встречается реже всего. В этих шутках Британия представлена через политиков Девида Бланкетта и Тони Блэра, а также через британские войска. Итальянцы представлены через полицию. Можно заключить, что ингруппа и аутгруппа западных европейцев выступают в роли защитников своих законов и безопасности (полиция, законодатели, армия). Аутгруппа восточных европейцев представлена Албанией – страной, где, согласно эссе Дж. Кларксона, царит мафия, а иммигранты для них – живой товар, с помощью которого мафия получает деньги, добываемые незаконным путем. Полиция, безусловно, борется с этим, но именно через эти действия Кларксон отмечает такие недостатки западных полицейских и политиков, как глупость, лживость: «But last week, as Tony Blair spoke about his dream of waging an international war against terror and injustice, the soldiers packed their bags and came home» (« Но на прошлой неделе, как только Тони Блэр сказал о своей мечте начать межнациональную войну против несправедливости и террора, солдаты собрали вещи и вернулись домой» – перевод наш, Е.А.) [4: 132]. Что касается итальянцев, то автор подшучивает над их тщеславием и безответственным отношением к своей работе: «… the most important thing they (Italian police) have done so far is buy themselves some really cool sunglasses» («…самое важное для них (Итальянской полиции) – это купить действительно классные солнечные очки» – перевод наш, Е.А.) [4: 129].У восточных европейцев автор отметил жажду наживы и неуважение к закону: «And besides, the mafia is now running a marketing campaign pinched, I think, from Ryanair. If you get caught on your first trip, they give you two more rides» («И, кроме того, сейчас мафия управляет маркетинговой компанией, я думаю, от Ryanair. Если вы попались в свою первую поездку, они дают вам еще две гонки» – перевод наш, Е.А.) [4: 131]. Недостатками же иммигрантов являются отсутствие образования, агрессивность, беззащитность: «Great, but the people coming over on those boats are not teachers and computer programmers. All they can do is strip down an AK47 and milk goat»(«Замечательно, но люди, приезжающие на этих лодках, не учителя или программисты. Все, что они могут делать – это разбирать АК 47 и доить коз» – перевод наш, Е.А.) [4: 132].



Из вышесказанного следует, что пороки европейцев фундаментальны, это христианские семь смертных грехов, которые высмеиваются в баснях, упоминаются в религиозных писаниях и т.д. (уныние, тщеславие, лень и пр.). Это пороки человека разумного, цивилизованного. У иммигрантов и восточных европейцев пороки более характерны для нецивилизованного общества – кровожадность, агрессия, беззащитность; их можно обосновать базовыми инстинктивными потребностями выживания.

Во втором эссе «Wilkommen and Achtung, This is Austrian Hospitality» в центре внимания всего одна аутгруппа – немцы, точнее, австрийцы. Объект авторского юмора – это, в первую очередь, немецкая таможня. Через шутки и комментарии автора, мы понимаем, что Дж. Кларксон не доволен отношением к себе со стороны австрийцев.

В данном эссе немцы предстают перед нами очень властными. Автор встречает человека, который, несмотря на то, что в его «владении» всего одна маленькая таможенная хижинка («the customs hut»), позволяет себе неоправданно агрессивные действия в наказание за отказ сразу остановить машину и незначительное превышение скорости: «… and the driver was manhandled from the car and frogmarched up to the stop sign he’d ignored. His passport was confiscated…»(«… водителя вытащили из машины и донесли до дорожного знака «стоп», который он проигнорировал. Его паспорт был конфискован …» – перевод наш, Е.А.) [5: 18].



Чувствуя эту власть, австрийцы пытаются выглядеть соответствующе: «Our man on the road from St Moritz to Innsbruck was lean, frontline storm trooper in full camouflage fatigues …» («Наш парень на дороге из Санкт-Морица в Инсбрук, был хорошо сложен, боец штурмового отряда в полном обмундировании…» – перевод наш, Е.А.) [5: 18] – они одеты как военные, разговаривают отстраненно и чересчур формально, используют любой повод проявить свою власть. Немецкая таможня не скрывает своей ненависти к другим национальностям, благодаря этому, мы можем сделать вывод, что в поведении немцев остались еще имперские и нацистские черты: «… and he seemed to draw no distinction between the Englander and the Turk or Slav. Nobody, it seems, is welcome in the Austro-Hungarian empire» («… он, кажется, не видел никакой разницы между англичанами, турками и славянами. Кажется, что в Австро-Венгерской империи никому не рады» – перевод наш, Е.А.) [5: 18].Но все мы прекрасно понимаем, что поведение немецкой таможни неприемлемо. Как только автор выдает своих товарищей таможенникам (называет их имена), немцы отпускают его: «The camera crew, who were very disappointed at the way I’d grassed them up and kept referring to me For selling them out, I was allowed to proceed to Innsbruck»(«Съемочная группа была очень разочарованна тем, что я «настучал» на них и продолжала показывать на меня. Для того, чтобы добиться позволения поехать в Инсбург, я сдал свою команду» – перевод наш, Е.А. ) [5: 18].Данный поступок говорит о фашистских наклонностях, когда ценится умение выбить информацию, найти «стукача». При этом немцы всегда выглядят очень хорошо, следят за собой: «… but a mysterious woman in a full-length evening gown explained menacingly that she had let my room to someone else.» («… но таинственная женщина, одетая в вечернее платье, зловеще объяснила мне, что она отдала мой номер другому» – перевод наш, Е.А.) [5: 19].

Из вышесказанного следует, что автор видит немцев грубыми, агрессивными, властными людьми. Это говорит о том, что в их поведении еще остались нацистские черты и при любой удобной возможности они проявляют их. В этом эссе властолюбие, агрессивность, ненависть – это пороки системы, точнее, того, что от нее осталось.

Заключение

Проанализировав эссе Джереми Кларксона, мы предлагаем разделить национальности на группы. Это ингруппа и три аутгрупы. Особое внимание автор уделяет аутгруппам, т.к. все происходящее в эссе связанно с ними. Но национальностей, про которые пишет Дж. Кларксон, много и отношение к каждой из них у автора разное. Аутгруппа западных европейцев является самой близкой автору. С одной стороны, он потрунивает над их внешностью, безответственностью, тщеславием, глупостью, т.е. привычными пороками цивилизованного человека. Такие пороки свойственны и англичанам, поэтому в авторефлективном юморе они делают ингруппу схожей со всей Западной Европой. Тем не менее в первом эссе «Sea Duel with the Fastest Migrants in the West» западные европейцы – это итальянцы, французы, и они в основном представители власти, которые чересчур много следят за внешним видом. Но что касается немцев из второго эссе «Wilkommen and Achtung, This is Austrian Hospitality», то здесь все по-другому. Они слишком ответственно подходят к своим обязанностям, перегибая палку, прибегают к жестокости. Автор видит их властолюбивыми неприветливыми людьми. Здесь пороки не христианские; это пороки режима, государственной системы, навязанные общественными традициями. Таким образом, близкие аутгруппы – немцы, с одной стороны, и французы, итальянцы, с другой – могут получить разные характеристики и стать более далекими или наоборот близкими ингруппе. Сближают их базовые человеческие недостатки, отдаляют – системные.

Аутгруппа восточных европейцев и иммигрантов всегда довольно далека от англичан. Автор опасается ее агрессивного, бесцеремонного поведения, делает акцент на их инстинктивном поведении, отсутствии образования и т.д. В данных эссе не встретилось случаев, когда эти аутгруппы могли бы приблизится к ингруппе.

Сложно на данном этапе исследования сделать заключение о том, может ли отношение автора к другим национальностям меняться в связи с темой эссе. Но пример с немцами выше подтверждает, что это возможно. Представляется актуальным проверить эту гипотезу на большем количестве эссе.

Литература

1. Clarkson J. The world according to Clarkson. London, 2004. 328 p.

2. http://polit.ru/news/2006/02/21/shariat/

3. http://iph.ras.ru/elib/1469.html

4. «Sea Duel with the Fastest Migrants in the West» // The world according to Clarkson. London, 2004. 129-132 р.

5. «Wilkommen and Achtung, This is Austrian Hospitality» // The world according to Clarkson. London, 2004. 17-20 р.

Лю Ся

магистрант группы 27Фм 1223

ФГБОУ ВПО «Тюменский государственный университет»


z-znachenie-prostejshih-zadach-odnomernogo-potoka.html
z327-naschyot-as-regards-concerning-aout-of.html
    PR.RU™